Международный женский день 8 Марта в этом году стал своеобразным референдумом женщин, а Науроз — референдумом курдского народа и его друзей. Выйдя на площади, миллионы женщин и курдов заявили о своей поддержке призыва к миру и демократическому обществу, с которым 27 февраля 2025 года выступил Абдулла Оджалан. В один голос они потребовали освобождения курдского лидера.
Теперь настала очередь Первомая — дня единства, солидарности и борьбы трудящихся. Очевидно, что, как и 8 Марта с Наурозом, Первомай станет своеобразным референдумом патриотизма и демократии. Курдская молодежь и женщины, весь курдский народ и его союзники примут активное участие в первомайских торжествах повсюду, где бы они ни находились, требуя физической свободы для Абдуллы Оджалана и всецело поддерживая процесс «Мира и демократического общества». Ведь Первомай, как и 8 Марта или Науроз, — это не просто праздник, подлежащий чествованию, а день, когда поднимается знамя борьбы за свободу и демократию.
Безусловно, одни из самых мощных и боевых первомайских акций пройдут в городах Турции, поскольку страна, зажатая в тисках фашизма и геноцида, как никто другой нуждается в свободе и демократии. По этой причине нынешнее правительство Партии справедливости и развития (ПСР) охвачено страхом. Именно поэтому власти уже привели в боевую готовность силы безопасности, обрушили полицейское насилие на толпы людей, чтивших память павших 1 мая 1977 года, и задержали десятки человек.
Правительство ПСР боится, что дух 8 Марта и Науроза найдет свое отражение и в Первомай, а массы, заполнившие площади, поддержат процесс «Мира и демократического общества». Власти опасаются, что люди разоблачат неспособность правительства предпринять правовые шаги по этому процессу, в частности, напомнят о невыполненных обещаниях, которые раз за разом откладывались под предлогом «после праздников». Власти также боятся краха проправительственных заявлений о том, что «Рабочая партия Курдистана (РПК) не предпринимает никаких шагов», и того, что турецкое общество получит информацию, нейтрализующую манипуляции специальной войны.
Кто-то может спросить, действительно ли Первомай так тесно связан с процессом мира и демократического общества. Безусловно, и весьма глубоко. Первомай — это день демократической борьбы, а сам процесс «Мира и демократического общества» — это тоже процесс борьбы. Совершенно ясно, что для преодоления затягивающей тактики правительства ПСР и обеспечения успеха процесса потребуется действенная массовая борьба против его политики. Первомай — именно такой важный день борьбы.
Действительно, очевидно, что без многомерной и эффективной борьбы против антикурдской, репрессивной и эксплуататорской политики ПСР мирный процесс не сможет увенчаться успехом. Это означало бы отсутствие шагов к демократизации республики, а также то, что нынешняя антикурдская, фашистская и монистическая система Турции продолжит сохранять свой характер. Именно рабочие и трудящиеся заплатят за это самую высокую цену.
Следует отметить, что во время периода поста спикер парламента и спикеры ПСР заявляли: «Необходимые законы будут приняты после праздников». Затем, во время дебатов в начале апреля о том, действовать ли быстро или медлить, когда давление на правительство вновь возросло, они сказали: «Конкретные правовые шаги будут предприняты до конца апреля». Конец апреля наступил, однако ПСР ведет себя так, будто никогда не давала этого обещания. Более того, через медиа специальной войны вину пытаются возложить на курдскую сторону, утверждая, что она «не предпринимает никаких шагов». Однако, как заявлял и Девлет Бахчели, борцы за свободу, сжегшие свое оружие, были вынуждены вернуться на базы, поскольку правительство и государство не приняли необходимых правовых норм. Если бы бойцы РПК сейчас двинулись к границам Турции со словами: «Мы делаем шаг», именно ПСР испугалась бы этого больше всего.
Понятно, что даже с наступлением мая со стороны ПСР не наблюдается никаких подвижек в реализации правовых шагов, необходимых на втором этапе процесса. Напротив, налицо политика отсрочки и волокиты, почти что попытка снова заморозить процесс и убрать его в долгий ящик. Чтобы скрыть эту реальность и не дать сорвать с себя маску, правительство пытается создавать ряд искусственных повесток дня, чтобы отвлечь внимание общества в разные стороны. Другими словами, развернута централизованная и весьма изощренная психологическая специальная война.
Чего же пытается добиться ПСР таким подходом? На самом деле мы уже затрагивали этот вопрос некоторое время назад и пытались привлечь внимание всех чутких кругов к тому, что назвали новой и опасной политикой ПСР. В этом контексте мы утверждали, что ПСР привязывает свой подход к процессу к исходу войны в Иране. Мы также говорили, что через американо-иранские переговоры, проводимые через посредничество Пакистана, власти одновременно пытаются создать основу для компромисса с Израилем, назвав это «поиском Турцией новой Лозанны».
Похоже, что этот курс и подход продолжаются. В реальности ПСР уже капитулировала перед новой американо-израильской гегемонией; теперь она пытается определить лишь условия этой капитуляции. По всей видимости, если бы американо-израильские атаки привели к краху Ирана, Турция капитулировала бы еще до него. Теперь же, рассчитывая на то, что Иран устоял, Анкара пытается усилить условия компромисса с американо-израильским блоком и обеспечить себе несколько большее пространство в рамках новой ближневосточной гегемонии. Это главная причина, по которой процесс замедлился, а на практике была принята политика «выжидания».
Разумеется, главным условием нового компромисса, к которому стремится ПСР, вновь становится противодействие курдам. Иными словами, основной предмет ее торга с американо-израильской гегемонией — это антикурдская политика. Пытаясь сделать форму антикурдской политики, аналогичной прошлому веку, вновь глобальным курсом, правительство предлагает всевозможные уступки американо-израильской гегемонии. Такая политика опасна для курдов, поскольку равносильна геноциду. Но она не менее опасна и для всего турецкого общества, так как означает усиление фашистских репрессий и эксплуатации.
Но оправдает ли исход войны в Иране ожидания ПСР? Это, разумеется, отдельный и крайне важный вопрос. На самом деле ни один из исходов войны в Иране вряд ли создаст благоприятные условия для антикурдской политики Турции. Как бы ни закончилась война, государственное устройство Ирана изменится, и курды вполне могут стать одной из самых влиятельных сил в новой демократической стране. Это перевернет расчеты и ожидания Турции, и подобный нынешнему процесс может уже никогда не повториться.
То, что такой исход является наиболее вероятным — неоспоримый факт. Но ни курды, ни народы Турции не будут просто сидеть и ждать, предполагая, что региональные процессы в конечном счете сведут на нет политику ПСР. Выжидательная позиция — самая опасная для всех без исключения. Едва ли можно придумать что-то более опасное, чем связывать свое существование и свободную жизнь с чужими обстоятельствами. Даже худший результат, добытый в собственной борьбе, намного лучше «лучшего» результата, полученного таким путем.
Сейчас не время для ожидания, а время для борьбы за демократию против фашизма и геноцида. Это требует единства, организации и солидарности. Именно поэтому Первомай остается самым значимым днем, отвечающим этой потребности в единстве, солидарности и борьбе. По этой причине принятие Первомая как средства освобождения общества от бича ПСР является фундаментальной обязанностью народов Турции и курдов. Выход процесса мира и демократического общества из этого тупика и его продвижение к успеху, несомненно, связаны с такой борьбой. Поэтому все должны присоединиться к первомайским акциям и заполнить площади ради успеха этого процесса.
С праздником Первомая всех, чьи сердца наполнены духом борьбы за свободу и демократию!